Подача апелляции при совершении преступления из-за наркозависимости — Юридические советы

Подача апелляции при совершении преступления из-за наркозависимости — Юридические советы

Нелегальные действия с наркотическими веществами без установки сбыта также грозит уголовная ответственность по статье 228 УК РФ.

Незаконными действиями являются транспортировка, хранение, покупка или производство наркотиков. Обычно суд осуждает нарушителя на довольно большой срок лишения свободы.

Отстоять свои права можно обжалованием  приговоров по статье 228 УК РФ. С этой целью направляют жалобу в главенствующие инстанции: апелляцию, кассацию, надзор.

Ниже рассмотрим, какие есть подводные камни при направлении этой жалобы и как может помочь адвокат.

Обжалование приговора по уголовным делам о наркотиках адвокатом

Уголовное дело предполагает равные права для обеих сторон.

Очень часто суды обходят такой принцип, как презумпция невиновности. Они выносят обвинительные приговоры не обращая внимания на все факторы события: нарушения в работе следствия, нехватка или не существование прямых улик в свершение преступления и т. п.

Исходя из этого, важно заметить, что без помощи адвоката по статье 228 УК РФ не обойтись. Он приступит к ознакомлению материалов дела, выявит нарушения, совершённые судом. Таким образом, это поможет совсем отменить приговор или же уменьшить наказание.

Отмены приговора без поддержки адвоката лучше не ждать.

Основания для обжалования приговора по статье 228 УК РФ

Чаще всего причинами пересмотра являются:

  • неправильное определение размера изъятой дозы наркотического вещества;
  • неправильное определение изъятого вещества;
  • нарушения, которые вызваны отказом прекращения ведения дела, при количестве вещества, не превысившем значительный размер;
  • отказ в прекращении дела без оснований, если обвиняемым вещества были сданы добровольно;
  • отказ обвиняемого от исполнения условий до судебного соглашения.

При большем количестве нарушений, выявленных адвокатом, выше вероятность пересмотра приговора в апелляции.

Чем может помочь адвокат по наркотикам?

Адвокат обязан самыми различными способами, разрешёнными законом, защитить обвиняемого.

Пересмотр апелляции никак не ухудшит положение обвиняемого. Законом разрешено только снижение жестокости наказания или отмена приговора.

Только опытный защитник может подготовить жалобу, содержащую аргументы на приговор суда.

Апелляционная жалоба по статье 228 УК РФ

Пересмотр в апелляции – оценка приговора на предмет его законности, обоснованности и справедливости.

В случае соответствия вынесенного наказания статье 228 УК РФ, апелляция может признать его несправедливым и не эквивалентным опасности преступления. В такой ситуации у защитника есть шанс снизить срок обвиняемого до минимума.

Апелляционная жалоба – возможность уменьшения серьёзности наказания или полной отмены приговора.

Основания для подачи

Обжалование приговора возможно при существовании следующих нарушений:

  • процессуальных (во время проведения дознания, следствия)
  • норм материального права (неверная квалификация по статье 228 УК РФ);
  • срока давности привлечения к ответственности (в приведённой ситуации, при вменяемости нарушителя, от 2 до 15 лет);
  • несоответствие наказания совершённому деянию;
  • привлечение к уголовной ответственности не соответствующее закону.

Как правильно написать апелляционную жалобу?

Она должна принимать во внимание требования оформления и текста, содержащиеся в статье 389.6 УПК РФ или будет возвращена судом.

Подача апелляции при совершении преступления из-за наркозависимости — Юридические советы

В тексте жалобы нужно указать:

  • наименование суда, которым будет производиться пересмотр дела;
  • сведения о осужденном и его защитнике;
  • сведения о суде и вынесенном приговоре;
  • основания для направления жалобы, доводы со стороны защиты, содержащие аргументы;
  • перечень документов, поданных с жалобой;
  • подпись подающего заявление.

Заявитель так же имеет право вписать дополнительные пункты, содержание которых напрямую зависит от обстоятельств дела. К примеру, можно указать перечень доказательств, ставших известными после оглашения обвинительного приговора.

Законом разрешено направить жалобу с указанием оснований и доводов.

В какие сроки нужно направить?

Сначала нужно определить, с какого момента времени пошёл срок для подачи жалобы. Он отсчитывается с момента оглашения судом приговора. Если обвиняемый находился под стражей, то с даты выдачи приговора в его окончательной форме.

После этого у защитника обвиняемого есть 10 дней для написания и направления жалобы в апелляционный суд.

Обжалование приговора суда возможно в течение 10 дней после его оглашения.

Куда подавать апелляционную жалобу?

Так как первое разбирательство по статье 228 УК РФ проходит в районном суде, рассмотрение жалобы производится областным судом.

Документы подаются в районный суд, вынесший приговор. Он направит её в апелляционный суд.

Особенности апелляции, который нужно учесть

Пересмотр дела в апелляции имеет свои нюансы:

  • обвиняемый не обязан присутствовать в зале суда во время заседания. Исключением является его личная просьба в тексте жалобы;
  • необязательной является и присутствие свидетелей и экспертов. Они вызываются судом по ходатайству;
  • для принятия апелляцией доказательств, которые раньше не были исследованы первой инстанцией, обвиняемый должен обосновать причины невозможности их получения.

Жалоба будет рассмотрена апелляционным судом в течение 30 дней после её получения.

Какое решение может принять апелляционный суд?

Он имеет право оставить приговор в силе, произвести его отмену или изменение, а также возвратить на новое рассмотрение.

Для отмены или изменения приговора судом должны быть подтверждены нарушения:

  • несоответствие выводов районного суда фактическим доказательствам и обстоятельствам по делу;
  • серьёзное несоблюдение уголовно-процессуальных норм;
  • неправильное применение норм УК РФ;
  • несправедливость приговора по отношению к характеру и обстоятельствам преступления;
  • недоказанность обязательных признаков состава преступления.

С обвиняемого будут сняты все обвинения, если апелляционный суд отменит приговор.

При изменении приговора, в решении по нему будет обозначен точный размер или вид санкции. Приговор станет действительным сразу после оглашения.

Кассационная жалоба на приговор в части назначения наказания (практика Второго кассационного суда общей юрисдикции)

С 1 октября 2019 года заработали новые кассационные суды. Это изменило и порядок подачи кассационных жалоб, и подходы в судебной практике. То, что раньше могло «консервироваться» президиумами региональных судов, стало проявляться в новых экстерриториальных кассационных судах.

Например, появились очень интересные отмены приговоров в связи с незаконным составом суда или изменение квалификации с оконченного состава преступления на покушение (в частности, по действиям «закладчиков» по ст.228.1 УК РФ) с последующим снижением наказания.

Кассационная жалоба на приговор в связи с неправильно назначенным наказанием – самый простой тип кассационной жалобы, который, тем не менее, важно правильно составлять и подавать. Имея успешный опыт кассационного обжалования, я ранее уже давал общие рекомендации по составлению кассационных жалоб.

Рассмотрим применение некоторых из этих рекомендаций для обжалования чрезмерно сурового наказания.

Во-первых, не пишите длинные кассационные жалобы, расписывая в них вообще всё – от действительно значимых нарушений до процессуальных недочётов. Это загромождает жалобу.

В результате становится не только сложно её читать, но и проще отклонить – судья «отбивает» сначала все слабые доводы, хорошо их расписывает, тем самым «забалтывая» сильные доводы жалобы.

Если жалоба составляется на чрезмерно суровый приговор – указывайте только доводы, относящиеся к наказанию. Не надо излагать в жалобе то, что не относится к нарушению правил назначения наказания.

В-вторых, кассационная жалоба имеет шансы на успех только тогда, когда в ней расписаны конкретные нарушения правил назначения наказания, а не общие субъективные представления осуждённого о суровости наказания, которые расходятся с тем, что написано в приговоре.

Поэтому важно писать не общие слова о несправедливости и чрезмерной суровости наказания, а акцентировать внимание судов на конкретные нарушения (например, в деле есть явка с повинной – суд её не учёл; нарушены «правила о дробях» и как именно они нарушены и т.п.).

В-третьих, обжалование приговоров, вынесенных в особом порядке, имеет свои особенности. Однако эти особенности не мешают обжаловать такие приговоры в части наказания  – даже в случае, если они не обжаловались в апелляционном порядке.

Кроме того, в отдельных случаях можно «процессуализировать» некоторые нарушения, допущенные судом при описании в приговоре деяния и его правовой квалификации.

Об этом не все знают, но судебная практика отмены приговоров по таким основаниям имеется.

В-четвёртых, если приговор обжалован уже во всех инстанциях – подавать кассационную жалобу можно только по тем доводам, которые ранее не заявлялись (ст.401.17 УПК РФ). Подавать повторно аналогичную жалобу,  но за подписью, например, другого адвоката не имеет смысла – об этом я подробно писал здесь.

Таким образом, если суды уже отклонили кассационную жалобу, которая содержала, например, доводы о недоказанности преступления или о том, что действия обвиняемого нужно квалифицировать по более мягкой статье УК РФ, но при этом «просмотрели» нарушения правил назначения наказания – можно подавать кассационную жалобу с указанием именно этих ошибок.

В-пятых, есть несколько тактических способов, которые помогают повысить эффективность кассационных жалоб. Один из таких способов – «лесенка». Он может быть полезен тогда, когда наказание назначается по совокупности приговоров и по каждому из приговоров, вошедших в совокупность, нарушены правила назначения наказания.

Рассмотрим этот способ на примере ситуации, смоделированной на основе реального уголовного дела из практики судов Владимирской области. К последнему приговору (назовём его приговор №2) по совокупности приговоров присоединено наказание по предыдущему приговору (приговор №1).

  При этом судья, назначавший наказание по приговору №1, допустил ошибку – наряду со смягчающими обстоятельствами (явка с повинной, активное способствование расследованию и раскрытию преступления) ошибочно признал единственным отягчающим обстоятельством нахождение человека в состоянии алкогольного опьянения.

Читайте также:  Как правильно заключить договор об оценке жилья? — юридические советы

В результате наличие отягчающего обстоятельства «выключило» применение ч.1 ст.62 УК РФ (снижение верхней планки наказания на 1/3) и наказание получилось завышенным. В апелляции это нарушение «просмотрели».

Позднее другой судья, вынося приговор №2, просто присоединил наказание по приговору №1 к приговору №2, и в свою очередь допустил ошибку при назначении наказания – не признал явкой с повинной объяснения лица, данные до возбуждения уголовного дела.

Суть «лесенки» состоит в том, что при такой ситуации может быть полезно сначала обжаловать приговор №2, ссылаясь только на неучёт судом объяснений в качестве явки с повинной.

Если суд посчитает это нарушением, не обратит внимание на приговор №1 и не будет выходить за рамки доводов жалобы – тогда он признает объяснения в качестве явки с повинной и снизит итоговое наказание по приговору №2, не затрагивая приговор №1.

После этого подаётся кассационная жалоба только на приговор №1 со ссылкой на то, что суд ошибочно признал отягчающим обстоятельством алкогольное опьянение. Если суд посчитает это нарушением – он исключит это отягчающее обстоятельство, применит ч.1 ст.62 УК РФ и снизит наказание.

После этого подаётся ещё одна кассационная жалоба  – снова на приговор №2, в которой указывается на то, что входящий в совокупность приговор №1 был изменён со снижением наказания, а поскольку наказание по приговору №1 входит по ст.

70 УК РФ в итоговое наказание по приговору №2, то итоговое наказание подлежит снижению ещё раз. Таким образом, можно попробовать получить «двойное» смягчение наказания. Важно понимать, что это не универсальный способ и нужно оценивать перспективы его применения в конкретном деле.

Хорошие жалобы получаются тогда, когда автор жалобы знает кассационную практику того суда, в который подаёт жалобу, а также практику других кассационных судов и Верховного Суда РФ. Привожу несколько примеров из практики Второго кассационного суда общей юрисдикции, которые могут оказаться полезны при обжаловании приговоров в части наказания.

Суд первой инстанции безосновательно посчитал, что имеется такое отягчающее обстоятельство как нахождение в состоянии алкогольного опьянения

При описании преступного деяния, признанного судом доказанным, указано, что М. совершил преступление в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в связи с чем обстоятельством, отягчающим наказание М., суд признал совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Вместе с тем суд не указал мотивов, на основании которых сделал вывод о том, что в момент совершения преступления М. находился в состоянии алкогольного опьянения.

Согласно видеозаписи с камер наблюдения незадолго до совершения преступления в руках у М. находилась бутылка, содержимое которой он периодически выпивал.

Однако бутылка с места происшествия не изъята, какая жидкость в ней находилась не установлено. Сам М.

не сообщал, что в момент совершения преступления находился в состоянии алкогольного опьянения, не указывали на это и допрошенные судом свидетели, показания которых приведены в приговоре.

Таким образом, вывод суда о совершении М. преступления в состоянии алкогольного опьянения носит предположительный характер и противоречит положениям ч.4 ст. 14 УПК РФ.

С учетом изложенного указание суда в приговоре, в том числе при описании преступного деяния, о совершении М. преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, и признание данного обстоятельства, отягчающим наказание М., подлежит исключению из приговора, а назначенное М. наказание смягчению (кассационное определение от 04.02.2020 года по делу №77-2/2020).

Суд первой инстанции не учёл, что объяснения могут рассматриваться как явка с повинной, а также не принял во внимание возмещение вреда потерпевшей и активное способствование расследованию и раскрытию преступления

При назначении О. наказания суд не обсудил вопрос о наличии смягчающих наказание обстоятельства, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст.

61 УК РФ, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, явки с повинной. Согласно ст.

142 УПК РФ заявлением о явке с повинной является добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении, которое может быть сделано как в письменном, так и в устном виде.

В объяснении, данном сотруднику полиции 17 июня 2019 года, то есть до возбуждения уголовного дела, когда правоохранительным органам не было известно о преступлении, О. подробно рассказал о совершенной им краже, сообщил, где совершил хищение, у кого, что похитил и как распорядился похищенным. Обстоятельства, сообщенные О., были впоследствии подтверждены при проведении следственных действий.

Согласно закону активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, если лицо предоставило органам дознания и следствия информацию о совершенном с его участием преступлении, ранее им неизвестную. Данные обстоятельства установлены по настоящему делу.

Кроме того, установлено, что похищенные вещи (кошелек-клатч и телефон) возвращены потерпевшей, а также О.

добровольно перечил потерпевшей денежные средства в сумме 3 500 рублей, что подтверждается представленной им суду первой инстанции квитанцией о переводе. В соответствии с п. «к» ч.1 ст.

61 УК РФ добровольное возмещение имущественного ущерба является обстоятельством, смягчающим наказание, которое подлежит обязательному учету при назначении наказания.

На основании изложенного судебная коллегия приходит к выводу о необходимости признать обстоятельствами, смягчающими наказание, явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления (п. «и» ч. 1 ст.

61 УК РФ), а также добровольное возмещение имущественного ущерба (п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ) и смягчить наказание, назначенное по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ и по совокупности приговоров (кассационное определение от 14.01.

2020 года по делу №77-65/2020).

Суд первой инстанции ошибочно не признал противоправное поведение потерпевшего смягчающим обстоятельством

А. был осуждён по ч.1 ст.105 УК РФ за убийство ФИО. Изменяя приговор, Второй кассационный суд общей юрисдикции указал следующее. Из показаний Г. видно, что ФИО замахивался на А. сумкой. Свидетель Д.

показывал о том, что ФИО в ходе конфликта ругался, его удерживал сотрудник кафе, а затем ФИО направился в ту сторону, куда ушел А., продолжая ругаться. Ещё один свидетель  в суде показал, что ФИО начал первым нецензурно выражаться в адрес А., затем по своей инициативе отправился к машине, в которую сел А.

, где словесный конфликт продолжился. Из показаний ещё одного свидетеля  усматривается, что ФИО нецензурно высказывался в адрес А. Ещё один свидетель также утверждал о нецензурной брани со стороны ФИО в адрес А., а также угрозах последнему ножом. Сведения о нецензурной брани со стороны ФИО в адрес А.

 содержатся также в протоколе осмотра флеш-накопителя с фрагментом аудиозаписи, сделанной на месте происшествия и оглашенной в суде, а также показаниях осужденного.

С учетом изложенного следует прийти к выводу, что в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, следует признать противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления (кассационное определение от 05.02.2020 года по делу №77-92/2020) .

Суд первой инстанции ошибочно не признал возмещение морального вреда потерпевшей смягчающим обстоятельством

Суд первой инстанции, указывая об отсутствии в действиях осужденного Ф. добровольного возмещения вреда потерпевшей А., предусмотренного п. «к» ч.1 ст.

61 УК РФ, ввиду того, что добровольное перечисление им в счет частичной компенсации морального вреда в ходе предварительного следствия не привело к полному заглаживанию вреда, причиненного преступлением, не учел, что ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе судебного разбирательства потерпевшей стороной какие-либо требования материального характера к осужденному не предъявлялись, факт добровольного возмещения морального вреда, причиненного в результате преступления, отражен и в обвинительном заключении, а потому вывод суда о частичном возмещении морального вреда не основан на материалах дела. Таким образом, судебная коллегия полагает необходимым признать на основании п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства добровольное возмещение морального вреда потерпевшей (кассационное определение от 27.01.2020 года по делу №77-81/2020).

Суд первой инстанции ошибочно назначил максимально возможное наказание при наличии смягчающих обстоятельств

При назначении наказания суд не усмотрел отягчающих его обстоятельств и признал в качестве смягчающих – наличие на иждивении малолетнего ребёнка, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики по месту жительства и работы, длительное содержание в условиях изоляции от общества. Установив перечисленные обстоятельства, влияющие на наказание, суд, тем не менее, определил Б. наказание по ч. 1 ст. 139 УК РФ в виде исправительных работ по месту работы сроком на один год с удержанием из заработка 10% в доход государства, то есть на максимально строгий срок. Таким образом, смягчающие наказание осужденного обстоятельства фактически не были учтены судом при его определении по ч. 1 ст. 139 УК РФ, срок которого при такой ситуации не отвечает требованию справедливости (кассационное определение от 03.12.2019 года по делу №77-18/2019).

Обжалование приговора по уголовным делам о наркотиках адвокатом по ст 228

  • Ввиду нарушения уголовно-процессуального и уголовного закона. 1.1. При постановлении приговора, судом не учтено, что органами расследования нарушена процедура уголовного преследования и не выполнены требования уголовного закона при принятии решения о возбуждении уголовного дела

    Читайте также:  Подтверждение права на приватизацию квартиры — Юридические советы

    Как усматривается из материалов уголовного дела, органами расследования и судом не учтены прямо предусмотренные уголовным законом обстоятельства, исключающие уголовную ответственность Мельникова Д.И. и, соответственно, исключающие возможность уголовного преследования Мельникова Д.И. с привлечением последнего в качестве обвиняемого и вынесения в отношении него обвинительного приговора.

    Следователем и судом не принято во внимание, что основное доказательство обвинения – наркотическое средство — получено с нарушением установленного законом порядка собирания доказательств. Это исключало возможность использования незаконно изъятого наркотического средства в качестве доказательства по уголовному делу о незаконном обороте наркотиков.

    Исходя из задач и целей доказывания при получении доказательств, собираемых органами предварительного расследования, в суд должны были быть предоставлены материалы уголовного дела, подтверждающие законность и обоснованность начала уголовно-процессуальной деятельности по пресечению незаконного оборота наркотических средств, в том числе, подтверждающие законность и обоснованность возбуждения такого уголовного дела, чтобы исключить привлечение к уголовной ответственности заведомо невиновных граждан или граждан, уголовное преследование которых невозможно в силу законодательных запретов и ограничений.

    Как усматривается из материалов данного уголовного дела, оно было возбуждено по факту обнаружения и изъятия оперативными сотрудниками госнаркоконтроля у Мельникова Д.И. наркотического средства – героина, — о чем оперативными сотрудниками был составлен соответствующий акт досмотра и изъятия (том 1 л.д.7).

    Этот акт был исследован в судебном заседании как «иной документ» (протокол судебного заседания стр.17).

    В приговоре суд сослался на этот акт досмотра и изъятия, как на доказательство виновности Мельникова Д.И. в совершении приготовления к сбыту наркотического средства в особо крупном размере (приговор стр.3).

    Однако эти выводы суда ошибочны. Суд в приговоре дал неправильную юридическую оценку действиям оперативных сотрудников при составлении ими указанного акта. Сам по себе этот акт не может подтверждать виновность Мельникова Д.И.

    Напротив, акт досмотра и изъятия указывает на наличие обстоятельств, исключающих уголовную ответственность Мельникова Д.И.

    , но, не получивших надлежащей правовой оценки ни на досудебной стадии производства по уголовному делу, ни в суде первой инстанции.

    Эти обстоятельства, установленные законом, как исключающие возможность привлечения к уголовной ответственности по ст.

    228 УК РФ, не зависят от усмотрения должностных лиц, так как они императивно выражены законодателем в примечании 1 к статье 228 УК РФ, где прямо указано, что лицо, совершившее преступление, предусмотренное настоящей статьей, добровольно сдавшее наркотические средства… и активно способствовавшее раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств… освобождается от уголовной ответственности за данное преступление. Не может признаваться добровольной сдачей наркотических средств… изъятие указанных средств… при задержании лица, а также при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию.

    Все эти предусмотренные уголовным законом юридические факты присутствовали, что обязывало следователя и судью руководствоваться примечанием 1 к ст.228 УК РФ.

    Настоящее уголовное дело было возбуждено 19.07.07 г следователем 4-го отдела Следственной службы Управления ФСНК РФ по г. Москве Матвеевой О.А. по признакам преступления, предусмотренного ч.2, ст.228 УК РФ (том 1 л.д.1).

    Принимая процессуальное решение о возбуждении уголовного дела, следователь руководствовался материалами оперативно-розыскной деятельности, представленными органом дознания с сопроводительным письмом и на основании постановления о передаче материалов ОРМ в следственный отдел (том 1 л.д.3-4).

    Однако, возбуждая уголовное дело по ст.228 УК РФ, следователь не учел примечание 1 к статье 228 УК РФ и не проверил выполнение оперативными сотрудниками этого положения уголовного закона.

    Соответственно, суд первой инстанции тоже этого не проверил и не дал никакой оценки этим действиям и решениям оперативных сотрудников и следователя, не выяснив, как невыполнение этого требования уголовного закона могло или не могло повлиять на возможность принятия решения о возбуждении уголовного дела, что, в свою очередь, повлияло на законность и обоснованность обжалуемого приговора.

    Поскольку на основе полученной оперативной информации, оперативными сотрудниками госнаркоконтроля на основании постановления (том 1, л.д.6) проводились в отношении Мельникова Д.И.

    лишь непроцессуальные проверочные действия в форме оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», которое не являлось ни задержанием, ни иным следственным действием по обнаружению и изъятию наркотических средств, то, оперативные сотрудники обязаны были не только представиться, что они сотрудники госнаркоконтроля, но, также разъяснить Мельникову Д.И.

    его права, обязанность и ответственность в связи с проводимой в отношении него (Мельникова) проверки, а именно – проверки возможной причастности Мельникова Д.И. к незаконному обороту наркотиков.

    Следователь должен знать, что в силу определенного в ст.89 УПК РФ условия, материалы оперативно-розыскной деятельности должны отвечать требованиям УПК РФ, в том числе, предусмотренным в ст.ст.

    11,16 УПК РФ, устанавливающим обязанность должностных лиц не только разъяснять гражданам их права и ответственность, но, принимать меры к обеспечению реализации гражданами своих прав без каких либо не основанных на законе ограничений.

    Поэтому при допросе оперативных сотрудников следователь обязан был выяснить, разъясняли ли они (оперативные сотрудники) Мельникову Д.И. его права, вытекающие из примечания 1 к ст.

    228 УК РФ, а если не разъясняли, то, почему. Если же разъясняли, то, почему эти их действия не отражены в акте досмотра и изъятия. Ничего этого нет в протоколах допросов оперативных сотрудников Маслова И.Ю.

    и Афанасенкова А.В.

    Следователь обязан был выяснить во время допроса Мельникова Д.И., спрашивали ли его (Мельникова) оперативники по поводу того, желает ли он (Мельников) воспользоваться своим правом добровольной выдачи наркотического средства?

    Такие действия оперативников должны были быть отражены в составленном ими протоколе и заверены подписями лиц, принимавших участие в оформлении указанного акта. В противном случае следователь должен был признать незаконность действий оперативных сотрудников и незаконность составленного ими акта досмотра и изъятия.

    Как видно из самого акта досмотра и изъятия (том 1 л.д.7), и на это не мог не обратить внимания следователь и затем суд первой инстанции при исследовании этого акта оперативного мероприятия, оперативные сотрудники не разъяснили Мельникову Д.И. ни содержание примечания к ст.

    228 УК РФ, ни порядок осуществления этого права, ни правовые последствия отказа от добровольной выдачи наркотиков или согласия их добровольно выдать. В связи с чем, Мельников Д.И.

    не смог в полном объеме воспользоваться принадлежащими ему (Мельникову) правами, гарантированными уголовным законом в примечании 1 к статье 228 УК РФ.

    Поэтому суд должен был исходить из того, что в сфере оперативно-розыскной деятельности именно на оперативные органы возложена обязанность разъяснить гражданам их права и обеспечить возможность реализовать свои законные права и интересы (статьи 3, 5 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»). Оперативные сотрудники этой своей обязанности не выполнили, права и ответственность Мельникову Д.И. согласно примечанию 1 к статье 228 УК РФ не разъяснили и не предложили воспользоваться правом добровольно выдать наркотики с последующим освобождением от уголовной ответственности.

    Тем самым оперативные сотрудники нарушили процедуру уголовного судопроизводства, не исполнив обязательные предписания уголовного закона, незаконно изъяли у Мельникова Д.И.

    наркотическое средство, лишив последнего возможности добровольно его выдать, после чего у сотрудников госнаркоконтроля отсутствовали бы правовые основания для дальнейшего проведения в отношении Мельникова Д.И.

    оперативно-розыскного мероприятия.

    То, что оперативные сотрудники представились Мельникову Д.И., а затем сразу произвели его (Мельникова) досмотр, подтверждается кроме вышеуказанного акта также справкой о результатах проведения ОРМ «наблюдение» (том 1, л.д.8), в которой тоже не зафиксированы действия оперативников по применению положений примечания 1 к статье 228 УК РФ.

    Данная справка также была исследована в судебном заседании (протокол судебного заседания, стр.13, низ).

    В приговоре суд сослался на эту справку, как на доказательство виновности Мельникова Д.И. (приговор, стр.4, верх), хотя эта справка не содержит в себе никаких сведений о том, что оперативные сотрудники разъясняли Мельникову Д.И. положения примечания 1 к статье 228 УК РФ и предоставили возможность добровольно выдать наркотик.

    Нарушение оперативными сотрудниками процедуры уголовного судопроизводства на досудебной стадии производства по уголовному делу ставит под неустранимое сомнение, во-первых, законность получения основного доказательства по таким уголовным делам – изъятого наркотического средства – факт наличия которого у Мельникова Д.И.

    подтверждается только вышеуказанным актом. Во-вторых, судом первой инстанции не устранено сомнение в законности и обоснованности решения следователя о возбуждении уголовного дела, поскольку вышеизложенные обстоятельства не были проверены в судебном заседании и не были оценены в приговоре.

    Такой приговор не может быть признан законным и обоснованным.

     

    1.2. Следователем и судом не учтены иные обстоятельства, свидетельствующие о незаконности получения доказательств В силу ч.3, ст.7 и ч.1, ст.

    75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением установленного УПК РФ порядка их собирания (получения, представления), не могут быть положены в основу обвинения. Обязанность проверки и оценки доказательств по правилам, установленным в ст.ст.

    87, 88 УПК РФ, возложена на органы расследования и суд, которые излагают свои выводы в процессуальных решениях.

    В материалах настоящего уголовного дела отсутствуют какие-либо сведения о том, что следователь и суд проверяли допустимость и достоверность доказательств обвинения, на которых основан обвинительный приговор. Более того, вызывают сомнение некоторые доказательства, полученные следователем.

    Читайте также:  Проведение дороги — Юридические советы

    а) заключение эксперта Основным доказательством по уголовным делам о незаконном обороте наркотиков является заключение химической экспертизы.

    По данному уголовному делу такая экспертиза была проведена (том 1, л.д.56-58).

    Заключение эксперта не имеет преимуществ перед другими доказательствами и может быть признано доказательством только в том случае, если отсутствуют разумные сомнения в достоверности этого доказательства.

    Заключение эксперта исследовано в судебном заседании (протокол судебного заседания, стр.13, низ).

    По рассматриваемому уголовному делу следователь и затем суд первой инстанции не учли, что это заключение эксперта имеет существенные противоречия по сравнению с имеющимся в материалах дела заключением специалиста № И-1/1172 от 19.07.07 г (том 1, л.д.11), на которое суд тоже ссылается в приговоре как на доказательство (приговор, стр.4, 3-й абзац, сверху).

    Так, во вводной части своего заключения эксперт указывает, что на судебную экспертизу поступил конверт с объектом.

    Далее на первой странице экспертного заключения, в пункте «внешний осмотр» эксперт указывает, что объект поступил на экспертизу в стандартном почтовом конверте.

    На 2 странице своего заключения (верх) эксперт описывает результаты внешнего осмотра конверта и указывает, что клапаны конверта заклеены и опечатаны отрезком бумаги белого цвета с оттиском круглой печати… и двумя неразборчивыми подписями (см. фото 2).

    Однако на фото 2 на фоне оттиска печати отчетливо видны, во-первых, …три подписи (две слева и одна справа относительно оттиска печати), а не две, как указывает эксперт.

    Почему данное экспертом описание конверта отличается от фотографии того же конверта можно было выяснить только посредством допроса эксперта в судебном заседании, однако, эксперт в суде не был допрошен. Из-за чего непонятно, тот ли конверт описывал эксперт, который изображен на фотографии, прилагаемой к заключению эксперта.

    Во-вторых, две подписи слева визуально отличаются от подписей лиц, подписавших акт досмотра и изъятия (том 1, л.д.7), а подпись справа от печати выполнена вообще неизвестным лицом, подпись которого отсутствует в акте досмотра и изъятия.

    Поскольку в суде первой инстанции вещественное доказательство не было исследовано, а указанное фото не предъявлялось ни оперативным сотрудникам, ни понятым для выяснения хотя бы принадлежности подписей на конверте, то, вышеизложенные противоречия можно устранить только при новом рассмотрении данного уголовного дела с выяснением того, кому принадлежат подписи на конверте, в котором было упаковано изъятое у Мельникова Д.И. наркотическое средство.

    Здесь же на 2 странице своего заключения (верх) эксперт следующим образом описывает объект исследования: в конверте находятся… пакет из бесцветного полимерного материала с застежкой типа «салазки»… фрагмент полимерного материала белого цвета, отрезок нити белого цвета.

    Однако специалист, который исследовал данный объект до эксперта, дает совершенно иное описание упаковки, в которой должен был находиться объект исследований: в конверте находится сверток из фрагмента полимерного материала белого цвета со следами термического воздействия (оплавления). Сверток перевязан фрагментом нити белого цвета (том 1, л.д.11).

    Из простого сопоставления и сравнения этих описаний мы делаем следующие выводы: специалист вскрыл и исследовал закрытый путем оплавления некий сверток белого цвета.

    А к эксперту попал лишь фрагмент первоначального свертка из материала белого цвета.

    Само наркотическое средство находилось уже в другой упаковке в виде пакетика из бесцветного материала, закрывающемся не путем термического запаивания (оплавления) как первоначальный сверток, а на застежку по типу «салазки».

    Мы совершенно исключаем то, что специалист не указал на застежку «типа салазки», если бы таковая имелась бы на упаковке (свертке, пакетике).

    Когда и от кого поступил этот конверт с наркотиком, эксперт не указывает. При этом непонятно, почему такая простейшая экспертиза проводилась целую неделю с 23 по 30 июля.

    По тексту заключения эксперта не указано, что при проведении экспертизы имели место перерывы в проведении восьмидневных исследований. Единственное объяснение вышеизложенному – то, что наркотическое средство было передано эксперту не с постановлением следователя, а …отдельно, 30.07.

    07 г неизвестным лицом, что недопустимо. Либо эксперт утерял полученный пакетик со всем его содержимым, не мог его найти и через неделю заменил утраченное на другое аналогичное вещество.

    Это подтверждается тем, что если посмотреть на фотографии свертка, сделанные специалистом и фотографии пакетика, сделанные экспертом, то, сверток и пакетик на фотографиях явно различаются и по виду и по размеру.

    При этом по смыслу сопроводительного письма начальника 4-го отдела Следственной службы УФСНК РФ по городу Москве Тюсиной Л.С. указанный конверт с наркотическим веществом был направлен эксперту19.07.07 г (том 1, л.д.53).

    Кроме того, специалист указывает, что на конверте имеется текст: на лицевой стороне конверта имеется рукописный текст «в конверте находится вещество… Однако согласно акта досмотра и изъятия никаких записей на конверте никто не делал. Когда появился этот текст и кем выполнен, судом не выяснено. При этом ни в своих объяснениях, ни в протоколах допроса никто не говорит о такой записи на конверте.

    Допрошенным в судебном заседании оперативным сотрудникам и «представителям общественности» текст на конверте не предъявлялся и суд не выяснял, им ли принадлежит указанный экспертом текст на лицевой стороне конверта, а также, был ли этот текст нанесен в момент первого опечатывания конверта или позднее. К следователю конверт поступил уже с нанесенным на лицевой стороне конверта текстом.

    Совершенно непонятно и следующее. Следователь производил осмотр конверта 07.08.07 г, о чем был составлен протокол осмотра предметов (том 1, л.д.63).

    Однако следователь дает описание конверта, существенно отличающееся от описаний, сделанных как экспертом, так и специалистом.

    Так, следователь указывает, что конверт опечатан печатью № 25, в то время, как специалист и эксперт указывают на печать № 24.

    Следователь также описывает, что боковая сторона конверта заклеена отрезком бумаги с оттиском штампа специалиста, выполнившего первичное исследование изъятого наркотического средства (том 1, л.д.11).

    Однако далее следователь указывает, что на верхней стороне конверта имеется срез, заклеенный отрезком бумаги белого цвета с оттиском штампа 1 отдела экспертно-криминалистической службы и рукописной пометкой выполненной красителем синего цвета Э-1/990-07 от 27.07.2007 г.

  • Адвокаты программы «Человек и Закон» – консультации юристов

    Поимку полицейскими Егорьевска двух молодых людей, обвиняемых в сбыте наркотиков, образцовой можно назвать с большой натяжкой. Один из них, будучи обвиняемым в преступлении, пришел на беседу в местное отделение внутренних дел. Около здания его ожидал приятель, имеющий при себе свёрток с героином.

    После телефонной беседы друзья встретились для передачи наркотиков в обмен на деньги. С точки зрения работы правоохранителей всё идеально. Человек, сидевший у них «на крючке», попросту «сдал» приятеля, дабы облегчить свою участь. Для выявления факта преступления, полицейским даже из здания выходить не пришлось.

    И вот уже можно рапортовать начальству о задержании местных наркобаронов.

    «В отношении молодых людей возбудили уголовное дело за хранение и употребление наркотиков, и еще одно, на сей раз в отношении неустановленного лица. Спустя 4 месяца им стал Александр Давыдов, который до этого проходил в качестве свидетеля.

    Его, пригласили в отдел и сообщили неприятную новость. Оказалось, что  приятели, возможно с подачи следователей, оговорили его. Вероятно, так они надеялись смягчить возможное наказание», — говорит адвокат по уголовным делам Ольга Немцева.

    Александр мог передвигаться только на костылях, но его в течение нескольких часов заставляли стоять, требуя вспомнить то, что произошло несколько месяцев назад. Наконец, дали какие-то бумаги.

    Чтобы покончить с этим кошмаром, молодой человек поставил в них подпись, даже не всматриваясь в содержимое. Позже выяснилось, что это были протоколы допроса, в которых он признаётся в своей причастности к преступлению.

    Получается, что парень оговорил себя.

    «События того дня Александр помнил смутно, но его вызвали на следственный эксперимент. Казалось бы, неопровержимой уликой в деле должны были стать меченые купюры и аудиозапись разговора.

    Но эксперт-фонографист пояснил, что различить, кто конкретно вел переговоры невозможно, а от переданной банкноты осталась лишь ксерокопия. Сам сверток, весом в 0,64 грамма героина был приобщен к делу только через четыре дня.

    Словом, все материалы и доказательств не выдерживают никакой критики», — уверена адвокат по уголовным делам Ольга Немцева.

    Не смотря на это, Александра осудили на  шесть лет лишения свободы. Стороной защиты подана апелляционная жалоба с требованием оправдать молодого человека, а при наличии у инстанции другого усмотрения, переквалифицировать статью на более мягкую, наказание которой не будет связано с лишением свободы для тяжелобольного человека.

     «Считаю, что  при проведении оперативных мероприятий имела места провокация к совершению преступления, так как сам Давыдов, даже если и купил наркотическое вещество вскладчину, не собирался  его реализовывать.

    Основные свидетели имеют умысел оговорить моего подзащитного для смягчения своего наказания, а понятых следовали взяли из числа ранее судимых граждан, на которых также могло быть оказано давление», — резюмирует адвокат по уголовным делам Ольга Немцева.

    Leave a Comment

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *